Елена Боженова

кандидат архитектуры, вице-президент Союза архитекторов России

«Совсем не хочется, чтобы сбылись теоретические рассуждения французского философа Жака Деррида о возможности архитектуры (деконструктивизма), которая вступает в конфликт, "развенчивает" и упраздняет саму себя...».

Елена Баженова, кандидат архитектуры, вице-президент Союза архитекторов России, прокомментировала открытое письмо о законе «Об архитектурной деятельности» Сергея Чобана, Олега Шапиро и Марии Элькиной.
«Термин «деконструктивизм», введённый в оборот Жаком Дерида, использовался в литературоведении для обозначения такого способа прочтения произведения, когда сознательно создаётся конфликт между смыслом текста и принятой (автором) его интерпретацией.

Архитекторам присуще образное восприятие явлений. Первым рефлексивным образом, возникшим после прочтения опубликованного в facebook на странице Марии Элькиной письма-обращения, стало творчество любимого мной архитектора-деконструктивиста Д. Либескинда. Авторы текста призывают широкую общественность порассуждать по поводу последней редакции многострадального Закона «Об архитектурной деятельности». Так вот, это письмо – ярчайший пример «псевдозаконодательного деконструктивизма».
1024px-Royal_Ontario_Museum.jpg

Современное крыло королевской галереи Онтарио в Торонто
Архитектор Даниэль Либескинд
Конечно, законодательство – не самый лёгкий вид чтения для творческих личностей, которыми, безусловно, являются Сергей Чобан и Олег Шапиро. А уж законодательство в области такой многокомпонентной деятельности как архитектура – тем более сложно для понимания искусствоведа Марии Элькиной, видящей «много общего между архитектурой и едой» (из интервью М.Э. для СПБ. Собака.ru).

Да и вообще некоторым современным архитекторам, критикам, журналистам вникать в смысл «юридических новелл» – в данном случае проекта закона «Об архитектурной деятельности в РФ» – и не нужно. Цель конкретно этого письма-обращения – создать «медийный шум» как повод, чтобы в очередной раз отложить рассмотрение закона.

Поэтому считаю совершенно непродуктивной затеей открывать очередную дискуссию вне смыслового поля на тему недостатков в редакции закона. Конечно, они есть – но это компромиссный вариант борьбы архитекторов за свои права и попытка усмирения строительного лобби. Однако авторы письма-обращения, скорее, рассчитывают на взрыв эмоций, нежели на спокойный и вдумчивый анализ содержания документа. Не могу удержаться, чтобы не отметить те черты архитектурного деконструктивизма в тексте письма, которые бросаются в глаза в первую очередь.

Опять приведу цитату:
«Если существует архитектурный экстремизм, то это деконструктивизм – самый агрессивный стиль, не оставляющий шанса ни одному из архитектурных абсолютов. Он внедряется в любую среду кричащими ломаными формами и конструкциями, сложными для визуального восприятия. Для деконструктивистов не существует какой-либо системы координат, они нарушают связи на вертикальных и горизонтальных плоскостях, перекашивают, искажают, вносят хаос».

Видимо, в этом ракурсе критик М. Элькина и архитекторы С. Чобан и О. Шапиро подходят к трактовке содержания проекта Закона. Апеллируя к широкому кругу читателей, призывая угробить с таким трудом согласованный всеми сторонами профессионального сообщества жизненно необходимый российской архитектуре Закон, авторы сознательно вносят хаос в профессиональную среду всеми доступными средствами: умолчанием фактов, искажением смысла и без того неурегулированного законодательного поля архитектурно-строительной отрасли в России.

Итак, предлагаю пройтись по некоторым вопросам, которые госпожа Элькина выдвинула как основные претензии к Закону, и посмотреть как работает давно известный в искусстве полемики приём «умолчания».

Вопрос 1. «Долгий стаж – 10 лет – для получения статуса ГАПа / мало шансов для карьеры молодых архитекторов».

Ссылаясь на зарубежную практику, авторы письма умалчивают о существенной разнице в способах подготовки выпускников-бакалавров и магистров архитектуры к самостоятельной профессиональной деятельности в России и за рубежом. Прохождение этапа интернатуры (2–3 года) и сдача документальных отчётов в квалификационную комиссию о прохождении под руководством опытного архитектора всех этапов работ над проектом является за рубежом необходимой для молодого выпускника процедурой. Это – своего рода доказательство его практической подготовленности к сдаче квалификационного экзамена на право называться архитектором, подписывать чертежи и открывать собственное дело.

В России институт интернатуры для будущих архитекторов отсутствует, практическая подготовка выпускников не фиксируется. Чтобы получить допуск к квалификационному экзамену, требуется наличие в портфолио претендента как минимум трёх-четырёх построенных (конечно, под руководством ГАПа) объектов. И если период проектирования и строительства одного объекта занимает в среднем два года, далее считайте сами. Конечно, авторы письма не в курсе, что государственный профессиональный стандарт «Архитектор» предполагает для бакалавров 10-летний, а для магистров 8-летний период работы перед сдачей квалификационного экзамена. Таким образом, 7 лет учёбы и 8 лет работы в архитектурном бюро – это 15 лет. Если учесть, что поступающим в вузы в РФ в среднем 17 лет, то уже к 35 годам молодые российские архитекторы также, как и их зарубежные сверстники, могут получить права ГАПа, сдав квалификационный экзамен.

Вопрос 2. «Неясность квалификационной процедуры / путь к возможным злоупотреблениям».

Конечно же, авторы письма-обращения не в курсе, что в РФ в 2016 году вступил в силу Закон 238-ФЗ «О независимой оценке квалификации», в котором утверждается порядок проведения квалификационной аттестации, разъясняется процедура сдачи квалификационного экзамена, полномочия принимающих экзамен и т. д. Но, как я уже написала выше, для подобного текста наличие объективного смысла не обязательно. Важно другое: госпожа Элькина, не удосужившись хоть как-то изучить вопрос, уже видит в незавершённых и не прошедших ещё апробацию процедурах аттестации архитекторов «инструмент недобросовестной конкуренции».

Вопрос 4. Нет реальных механизмов защиты прав архитектора / а ведь для этого закон и создавался.

Цитирую письмо-обращение: «Закон не создаёт никаких потенциально эффективных механизмов защиты прав архитектора, т.е. такие нормы отношений с заказчиком, которые позволяли бы до конца и без головной боли работать над собственным проектом, там не прописаны». Вы что-нибудь поняли из этой фразы? Все хотят – без головной боли, и до конца, и с авторским правом... И эти нормы проект закона предлагает. Надо только уметь читать со смыслом, а не без него.

Ну, и так далее. Нет нужды останавливаться на всех вопросах. Пора сделать вывод. «Умолчание» – один из важнейших деконструктивистских приёмов вообще и с блеском применённый в письме-обращении, в частности. Несколько лет назад под похожим лозунгом «Архитекторы не договорились» была похоронена одобренная всем архитектурным сообществом «Концепция федерального закона «Об архитектуре»». После этого было отменено авторское право на проекты бюджетного финансирования, стал необязательным авторский надзор за строительством, исчезла подпись автора-архитектора под документом об окончании строительства. Всё это продолжается более 15 лет.

И что интересно, нынешняя – уже 31-ая «компромиссная» версия закона рьяно обсуждалась по всей России на онлайн платформе, созданной Е. Муринец с поддержкой Н. Токарева, с торжественной передачей результатов в министерство строительства. И об этом авторы письма тоже умалчивают.

Мало того, госпожа Элькина – ни по образованию, ни по роду деятельности не являясь архитектором, но уверенная в деконструктивной красоте результата – берёт на себя смелость диктовать архитекторам, как следует поступить, прочитав этот текст: «Коллеги, письмо нужно подписывать и отправлять на подпись коллегам, наши подписи могут служить очевидным свидетельством того, что профессиональное сообщество закон воспринимает плохо…» Ну прямо анти-архитектурный майдан какой-то…

И в заключение. Совсем не хочется, чтобы сбылись теоретические рассуждения французского философа Жака Деррида о возможности архитектуры (деконструктивизма), которая вступает в конфликт, «развенчивает» и упраздняет саму себя...».